Семей 57876
Профилей 1093506
Григорий Иванович Чернышов
  Информация о рождении
Дата рождения: 21 августа 1926
Место рождения: россия Березовский р-он, с. Мартелы

Родился на Урале 21-ого августа 1926 года, в деревне Мартелы Березовского района Пермской области в семье бедняка-крестьянина. В семье было пять человек: отец Чернышов Иван Михайлович, мать Дарья Андреевна, сестра Клавдия Ивановна, брат Степан Иванович и я. В 1927 году отец умер в возрасте 50 лет от болезни. Жить стало очень тяжело, особенно матери в возрасте 38 лет с детьми. Через год сестра вышла замуж, нас осталось трое.
В 30-е годы началась коллективизация сельского хозяйства. Создавались колхозы. Мать вступила в колхоз в 1936 году, но жизнь не улучшилась.
Я в возрасте 8 лет пошёл в школу. Школа находилась от дома в 6 километрах. Приходилось ходить пешком в лаптях, в льняных штанишках при 40-градусном морозе. В летнее время помогали на лошадях возить копны сена и урожай.
В 1937 году был хороший урожай и жить стало легче, но плохо было с промышленными товарами, негде было купить вещи: 6 пудов хлеба отдавали за детское пальтишко.
В 1939 году окончил четыре класса. В возрасте 12 лет стал работать как взрослый. Дали две лошади и я на них пахал, боронил, жал, косил и возил зерно по поставкам в элеваторы за 35 километров в любые погодные условия. В конце 1939 года жизнь ухудшилась: в деревне стали за трудодень давать граммы. И международное положение стало тревожным: война на Ханкинголе у озера Хасан с Японией. С Запада пахло порохом. Красная Армия освобождала Западную Украину и Западную Белоруссию.
Гитлер стал подбирать к своим рукам некоторые страны Запада. Советское правительство начало перевооружение, но не успело до 1941 года. Несмотря на ухудшение материального положения, мы, молодёжь, были высоко моральны в духе преданности своей Родине. Весь день работали, а ночью отдыхали. Молодость брала своё, хотя были в лаптях и холщовых штанах. Нас учили и воспитывали в духе патриотизма. До армии мы сдавали все спортивные нормативы: и к труду, и к обороне были подготовлены для защиты своей Родины. Выращенный урожай сдавали государству. Вместо хлеба выручала картошка - наш второй хлеб. Государству требовалось сдать положенное нами колличество мяса, яиц и молока. Работали в летнее время по 16 часов все: стар и млад. Молодёжи в селе было много и жили все дружно, по-соседски.
День 22-е июня 1941 года запомнился хорошо. Было воскресенье, выходной для молодёжи день. Около 12 часов дня услышали по радио голос Левитана, который сообщил о начале Великой Отечественной войны. Враг - гитлеровская Германия напала без объявления войны, хотя и был договор о ненападении.
Сразу же, с первого дня войны, стали круглосуточно работать райвоенкоматы. Забирали людей определённого возраста в армию. Брони в сельской местности не было. Нас ставили на рабочие места вместо убывших в армию, как полноценных людей в возрасте 15 лет.
Брата Степана(1924 г. рождения) взяли в армию в начале 1942 года.
Также с деревни нас посылали на лошадях на лесозаготовки по дереву, из которого делали приклады к оружию. Тут нам давали за выполненную работу по 800 г хлеба и овёс лошадям. Была зима. Работали за 40 км от дома и приезжали на лошадях верхом, так как уже не было снега.
Во время войны успел летом поработать комбайнёром, на комбайне "Коммунаровец", который таскали по 1-2 трактора ХТЗ. До армии мы прошли подготовку по стрельбе из боевого оружия и стреляли как снайпера.
15 августа 1943 года меня одного из колхоза призывают в армию, в спецвойска. Мне не было ещё 17 лет. Нас взяли всего троих с района: здоровых, коренастых, физически подготовленных. Должен был быть покупатель из воздушно-десантных войск. Ждали в райвоенкомате и не дождались. В то время в ВДВ набирали людей с определённым весом, возрастом, т.е. невысоких, у которых было не менее четыре класса образования. Вот я к этой категории относился. У кого было образование семь классов и выше тоже заранее брали в училище. Отправили нас домой до особого вызова. К нам домой приехал председатель колхоза и обрадовался, что я вернулся - рабочих рук в колхозе не хватало.
Забрали нас 15 ноября, как и всех, рождённых во второй половине 1926 года. На санях везли ночь и день за 60 км на лошадях. Мы были веселы: шутили, пели песни. Привезли нас в 29-й запасной полк, это 15 км за Кунгуром, в землянки. Распрощались с землянками, которые нас сопровождали на конях. На второй день нас построили. У кого было 4 класса образования и больше, выстроили и строем погнали за 5 км. Мы знали, что будем курсантами миномётной роты. Пришли в недостроенные деревянные, вроде казарм, помещения. Учили нас на младших командиров 8 месяце. Зима была суровая. На ногах носили ботинки с обмотками(2 метра). По-пластунски хорошо получалось, не забивается снег в ботинки. Я таскал плиту, был 3-им номером. Кормёжка была неважная, т.е. 600г хлеба, овощные супы и каши на разных жирах. Многие, кто дома питался хорошо, не выдержали, становились тощими.. Для таких было специальное подразделение в полку, и их уже обратно к нам не присылали. Отправляли на Восток, где не было военных действий. Я всё это перенёс, так как дома, работая по 16 часов, неделями питались картошкой. Кто побогаче, питались хлебом. Получали за месяц 10 рублй. За эти деньги бабки давали картофельную лепёшку на молоке. Меня ещё спасало то, что я не курил и табак менял на дневную норму сахара.
После учёбы нам всем комиссия присвоила звание ефрейторов. Сформировали маршевую миномётную роту, погрузили в вагоны, повезли на восток, в сторону Свердловска. Ночью на каком-то разъезде нас повезли на запад. Это делалось, чтобы ввести противника в заблуждение. Как-то ночью нас выгрузили и повезли на пароходе до ст. Муром Ярославской области. Попали в пулемётный батальон, где обучали пулемётному делу, более тяжёлому, чем миномётное. Станок весил 32 кг. Учебное поле представляло из себя 3 км песка. Если меня ставили под колёса, то по бокам шли двое солдат, т.е. страховали меня.
Ждали часа, когда нас всё же повезут на фронт в должности миномётчиков. У меня с детства простуда сопровождалась фурункулами, и здесь они тоже одолели. Попал в госпиталь. Там услышал, что нашу роту отправляют на фронт. , но меня начальник госпиталя не отпустил, сказал: "Навоюешься ещё, сынок". Когда явышел из госпиталя, предложили служить в парашютно-десантных войсках. Везли нас по воде до самого Калинина. Потом выгрузили и мы строем шли 12 км в расположение, в землянки. Я попал в 9-ю ВДБ, 1-ю миномётную роту третьим номером.
Скорыми темпами обучали дбращению с парашютами. Првгали сначала с аэростата, затем с самолётов типа "Дуглас". Почти каждый месяц совершали по 3 прыжка. Готовились к выброске в тыл противника: уже были уложены боевые парашюты, которые были в вагонах станции. Продолжались учения,приближённые к боевым. Продолжались учения, приближённые к боевым. Кормили хорошо: хлеба давали по 800 г., т.е. фронтовая норма. Вначале этого хлеба хватало на завтрак и обед. Затем втянулись и стало хватать на день. Никогда не забудется то, как мы рыли ямыи из этих ям пили воду и на болели. Только потом мы узнали, что глиной лечатся. Стремление у всех было только одно - на фронт. В конце 1944 года нас погружают в вагоны и отправляют на запад. Везли ложными направлениями, даже в Одессу заезжали, а потом на Галац и Венгрию. В городе Кечкемете выгрузилась вся дивизия. По тревоге ночью покидаем Кечкемет и на Будапештское направление: шли ночью, а днём кое-где отдыхали. На 3-ем Украинском фронте обстановка была серьёзная. После взятияКрасной Армией Будапешта враг озверел и бросил ещё большие силы под озером Балатон.
В начале марта в бой была брошена наша 9-ая гвардейская отдельная армия, которая была вооружена по последнему слову техники. Мы шли пешком и уже 16 марта наша пехота столкнулась с врагом. Враг был остановлен, наша дивизия и весь 39 гвардейский корпус вели бои в венском направлении.
  © 2002-2017|service.familyface.com@gmail.com